Название: Они оба существовали
Автор: Tallisman, ТихоноFFF
Бета: Word
Персонажи/пары: Лисицын/Соколова
Жанр: Angst
Рейтинг: NC-13 (No Children) — нельзя читать детям.
Статус: Закончен
Саммари: Мы все должны выдержать это...
Дисклеймер: персонажи т/с «След» принадлежат владельцам прав на сериал.
От автора: (если есть)

Что такое разлука? Разлука – это жизнь вдали от того, кто близок, дорог. Сухие, безжизненные слова. А что такое разлука для влюбленного сердца? Это невообразимая тоска в душе, когда не хочется ничего. Ни есть, ни пить, ни спать… Это постоянная надежда, что сейчас он зайдет в квартиру, с такой родной улыбкой на лице, крепко-крепко обнимет и скажет: «Я дома…» А ты живешь только для того, что бы после долгого расставания, долгого испытания временем вновь обрести своего любимого. От заката до рассвета ты ждешь… И сердце, томимое печалью, обливается кровью, ища поддержки. Дружеского плеча, на которое можно опереться в такие трудные минуты, часы, дни…Но нет и этого…
Девушка сидела на подоконнике у открытого окна. Грея руки чашкой горячего кофе, она смотрела куда-то вдаль, а перед глазами снова и снова всплывал до боли знакомый образ. Его образ. Смахнув вновь накатившие слезы, девушка отставила кофе и неуверенно слезла с подоконника.
«Одиночество – это все, что есть,
И людей вокруг, вроде бы не счесть,
И хороший мой, вот уж столько лет,
Вроде бы со мной, и как будто нет.

К одиночеству, привыкаю я,
Рядом с ним всегда верная тоска,
Эти две сестры, их вернее нет,
Я нужнее им, чем весь белый свет.»
Знакомая песня Алены Винницкой заиграла в музыкальном центре. Девушка не раз включала ее, а сейчас, тоскливый голос певицы был как нельзя кстати. Девушка взяла книгу, которая лежала открытой на диване. Пытаясь вспомнить, на чем же все закончилось, она перечитала пару строк вначале. Резко откинув книгу, девушка упала на подушку лицом и горько-горько заплакала. В книге как раз начинался сюжет про расставание двух главных героев. Конечно, в конце обязательно будет счастливый конец, но читать про то, что совсем недавно происходило в реальности, было невыносимо. Это как посыпать солью кровоточащую рану.
Рассвет встретил девушку спящей. Ночь неудержимых слез отступила, а новый день предвещал новые надежды, и немножечко новых сил. Девушке снился он. Самый родной, близкий, необходимый… Он сидел на подоконнике, как прошлой ночью сидела она. Сидел, и смотрел не на улицу… Смотрел на свою девочку. Девушка подошла к подоконнику, протянула руку и уже, было, хотела дотронуться до его щеки, как все начало темнеть, а он стал отдаляться.
-- Неет! - с таким криком девушка проснулась, резко сев на кровати. Пытаясь успокоить тяжело бухающее сердце в груди, она сползла с дивана и слегка пошатываясь подошла к шкафу, где на одной из полочек лежали успокоительные таблетки, сердечные, антидепрессанты, снотворное… Выпив сразу две таблетки успокоительного, девушка поплелась в ванную, что бы привести себя в порядок, одеться и отправиться на работу.
За столько лет привычная улыбка глупенькой Аллочки сейчас вызывала приступ тошноты, и девушка, поставив роспись, быстро направилась подальше. Получив задание от начальства, она направилась в лабораторию за результатами экспертиз, где застукала целующихся Ваню и Оксану. Тихонько всхлипнув, и вытерев слезы, девушка взяла экспертизы и вышла, не тревожа влюбленных. Рутинная работа с каждым днем все больше и больше тяготила ее, но она старалась как можно дольше продержаться. Облегчало то, что сейчас никто не лезет со своими утешениями, постоянными разговорами… «Держись, все будет в порядке! Он скоро вернется! Мы с тобой!»
Девушка каждый раз с нарастающей болью в душе заходила в буфет, где все, казалось, напоминало об их первом поцелуе. Слезы с новой силой навернулись на глаза и она выскочила из здания, никому ничего не сказав.
И так каждый день. Каждую ночь… Кофе, песня, слезы, кошмары… Каждый день глупая улыбка, влюбленные на каждом шагу, угнетающая рутинная работа, напоминающий все буфет… И слезы… Они стали неотъемлимым спутником ее жизни. Так же как одиночество, разлука и тоска… Для нее давно поблекло солнце, утратили всю красоту так любимые ими закаты, да и просто жизнь медленно уходила из ее тела, как песок просыпается сквозь ладони… Она с каждым днем сдавала позиции, теряя все, что было, и больше не надеясь ни на что…

... Он просыпался каждое утро лишь с мыслью о ней. И каждую ночь он видел не рай, не далекие страны, не глубокие моря, а прекрасные, манящие к себе, ее сказочно прелестные глаза, которые были слаще рая, прекраснее мечты, в которых утонуть проще чем в океане, утонуть в которых - верх истинного наслаждения. Они манили к себе, притягивали, словно сильнейший в мире магнит, звали окунуться с головой в их глубину. И каждую ночь он тонул в ее глазах, прекраснее неба, прекраснее звезд, но с рассветом они растворялись бесследно, вместе с его снами.
Горький кофе, завтрак без удовольствия, во имя сил, необходимых на жизнь, на работу. Оделся наспех, брюки, рубашка, пиджак, непослушный галстук. Темные круги под глазами, опущенные вниз уголки губ, полнейшее безразличие к реальности в глазах, желание напиться, заглушить боль тоски, грусть. Но он вновь закрывал дверь ключами и шел выполнять свои служебные обязанности, с мыслями о ней. Только эти мысли его и спасали. Он знал, что она любит его, знал, что ждет дни и ночи, вспоминая их счастливые дни, страстные ночи, нежные поцелуи, обжигающие взгляды, согревающие душу объятия. Знал, что она ждет его обратно. Знал он и то, что непременно вернется к ней. И все рассветы будут принадлежать как и прежде - лишь им двоим. Но не знал, когда он вернется. Но не знал дождется ли она его.
Он не боялся предательства с ее стороны, он знал, что она не предаст. Не боялся измены, зная, что она не изменит. Просто глядя каждый вечер на тусклый свет угасающей полоски горизонта, он чувствовал, как больно ей, как с каждым днем она становится слабее. Не ее любовь, а она сама. Чувствовал, что словно закат, она угасает. И это было больнее всего. И изо дня в день он с головой окунался в работу, чтобы хоть как-то заглушить эту боль. Дыша лишь ее любовью, он боролся, не сдавался, забываясь под гнетом дел. И каждый вечер в пустынной комнате у окна вспоминал их вечера, в которых даже капли дождя принадлежали им, и гаснущий закат приносил новую боль, и вновь овладевало им желание напиться.

Скрываясь во снах, от чар зеленого змия, он вновь окунался в пучину сказочно прекрасных глаз возлюбленной красавицы. И с каждой ночью эти изумительные глаза, сжигающие его любящую душу дотла становились грустнее. С каждой ночью они блестели все ярче, и блеск этот был отнюдь не счастливым, это блестели подступающие слезы. И больше жизни ему хотелось послать все к чертям и кинуться к ней. Но об этом и речи быть не могло. Серые командировочные будни накрепко держали его в чужом городе, вдалеке от прекрасных глаз, за которые он готов был отдать и жизнь и душу.
Дни беспощадно сменяли друг друга, он осунулся и стал похож на призрак. Идя с работы, его взгляд неумолимо натыкался в магазинах и продуктовых палатках на алкоголь. И сил держаться вдали от нее уже не осталось. Купив бутылку водки, он вошел в свою комнату. Граненый стакан, кусок хлеба и сорокаградусная огненная вода. Он сел на полу, налил стакан почти до краев, запах алкоголя, такой обманчиво спасительный ударил в нос. Закрыв глаза, он приготовился забыться. Но ее прекрасные глаза, вновь представшие перед ним, словно молили не делать этого. И без колебаний он окунулся в глубину манящих, любящих зрачков, неповторимого цвета, хранящего в себе живительную свежесть и спасительное тепло. Вскочив с пола, он безжалостно метнул наполненный стакан в стену. Осколки наперегонки с каплями приземлились на пол, сверкая мистическим светом. Он оказался сильнее. Их любовь оказалась сильнее…

Повернув ключ в двери, он уверенно опустил ручку вниз, открывая дверь. Бесшумно ступая по темному коридору, он дошел до двери в спальню. Легонько толкнув ее, он вошел. Робкий свет едва зародившегося рассвета озарял комнату. Музыкальный центр молчал. На подоконнике стояла чашка недопитого кофе. Она лежала на кровати в одежде, в какой-то странной позе, видимо вынужденной кошмарным сном, и спала. Он присел рядом с ней на край кровати и осторожно, чтобы не прогнать ее чуткий сон убрал с ее лица прядь волос. Он сидел и любовался ее красотой. Жизнь, отобранная разлукой, словно возвращалась в его тело, сердце билось чаще, сильнее, и казалось, что звук его вот-вот разбудит эту спящую красавицу. Не в силах сдерживать себя, он наклонился к прелестным губам и нежно поцеловал. Грань между сном и реальностью оказалась слишком тонкой, и она, открыв глаза, не понимая, что это уже не сон, ответила на поцелуй. Отстранившись, он улыбнулся, глядя в ее прекрасные глаза, в которых столько времени вдалеке от нее, он мечтал утонуть, и которыми теперь мог насладиться вдоволь. И оба они словно оживали вместе с рассветом, обретающим заново свою красоту.